Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Мудрость, самопознание и самосовершенствование. Философия стоиков в повседневности

Философия задается не только абстрактными и универсальными вопросами о смысле жизни и познании мира, но и может помочь нам в преодолении вполне конкретных жизненных испытаний. Писатель Пауль Джун поделился своим взглядом на применение в повседневности философии стоиков.



Стоицизм — это философская школа, существовавшая вплоть до конца античного мира. Целью стоиков было достижение внутренней гармонии, преодоление невзгод при помощи самоконтроля и осознания своих внутренних импульсов. Апологеты этой системы считатали, что необходимо принимать препятствия, которые встречаются на жизненном пути, а не убегать от них.

💭 Признайте, что все эмоции рождаются внутри вас

«Сегодня мне удалось избежать тревожного состояния. Или, лучше сказать, сегодня я отказался от тревоги, потому что вовне ее не было, а только внутри, в моем восприятии». Марк Аврелий, «Наедине с собой. Размышления»

Не внешние силы заставляют чувствовать нас что-то, а только мы сами, и только мы создаем наши чувства. Пустой лист, холст или нетронутый список дел сами по себе не являются источником стресса — напряжение создают только наши мысли по этому поводу. Многие из нас хотят перенести ответственность и вину за происходящее на внешние объекты, потому что это легко. Но правда остается правдой: все конфликты начинаются внутри, в нашем сознании. Когда мы убегаем от реальности — например, от дедлайна, от срочного письма — мы только вредим себе и подрываем дисциплину. В следующий раз, когда вы столкнетесь с каким-либо препятствием, попробуйте отказаться от порыва искать проблему во внешнем мире. Вместо этого загляните внутрь себя самого.

💭 Найдите достойного, чтобы равняться на него

«Выбери того, чья жизнь и речь, и даже лицо, в котором отражается душа, тебе приятны; и пусть он всегда будет у тебя перед глазами — либо как хранитель, либо как пример. Нам нужен, я повторяю, кто-нибудь, по чьему образцу складывался бы наш нрав. Ведь криво проведенную черту исправишь только по линейке». Сенека. Нравственные письма к Луцилию. (перевод С.А. Ошерова).

Во всех сферах деятельности — создание приложений, живопись, анимация — есть люди, у которых можно учиться. Можно изучить их техники, жизненные принципы, истории успеха и ошибок. Вы можете слушать их интервью или даже обратиться к ним по электронной почте, открыть их главные методики и применить их в своей жизни. Но только важно понимать, что это не упражнение на сравнение. Если вам не предложили издать книгу через полгода или ваш сервис не возглавил чарты в первую неделю, как у вашего героя, это не значит, что вы лузер. Независимо от полученных результатов, нужно иметь героев, на которых можно равняться.

💭 Осознайте, что после провала жизнь продолжается

«Может быть, то событие помешало тебе быть справедливым, великодушным, здравомысленным, разумным, неопрометчивым, правдивым, скромным, свободным и прочее, при наличии чего человеческая природа все свое уже получила? Так запомни на будущее — во всем, что наводит на тебя печаль, надо опираться на такое положение: не это — несчастье, а мужественно переносить это — счастье». Марк Аврелий. Наедине с собой. Размышления. (перевод А.В. Добровольского).

Вы можете потратить много лет на то, чтобы просто смотреть, как ваш проект критикуют или даже игнорируют. Однажды я провел целый год над одной работой, и она до сих пор остается самой слабой из всех, что у меня есть. Мне кажется, это все равно, что родить ребенка и смотреть, как доктора смеются: «Боже, вот это уродец». Именно такое чувство возникает, когда что-то, во что ты вложил часть себя, с треском проваливается. Однако процесс восстановления после фиаско — это бесценная практика, это новый взгляд на вещи. Только эти уроки помогают в дальнейшем не совершать ошибок. Нет провала — нет роста.

💭 Читайте целенаправленно, а затем применяйте свои знания

«Мы должны читать книжку, например, о нашей воле только для того, чтобы выучиться управлять ею; книжку о наших желаниях — для того чтобы достигать желаемого и желать только того, что следует; книжку о наших обязанностях — для того чтобы никогда не отступать от них». Эпиктет. В чем наше благо? (перевод В.Г. Черткова).

Чтение книг по маркетингу или бизнесу полезно и само по себе: с его помощью вы углубляете свое понимание предмета, нарабатывая связи между различными областями знания. Но по-настоящему эффективным чтение может сделать только способность применять эти знания на практике. Чтение совершенствует ваш разум, помогает избежать глупых ошибок, но конечной его целью все-таки является результат.

Целью образования является не только усвоение знаний, но и стимул к действию и принятию более умных решений. Например, если вы читаете книги по личностному развитию, вы должны не только почувствовать вдохновение для неких абстрактных перемен, но и суметь повести себя достойно, встретив грубого клиента или столкнувшись с хамом в трамвае.

💭 Станьте предельно честными с собой

«Знать свой изъян — первый шаг к здоровью». По-моему, замечательны эти слова Эпикура. Ведь кто не знает за собой изъяна, тот не желает его искоренить. Сперва следует изобличить себя, потом исправляться. А те, которые хвалятся пороками, — неужели, по-твоему, думают они о лекарствах, если считают свои грехи добродетелями? Поэтому, сколько можешь, сам себя выводи на чистую воду, ищи против себя улик! Сначала выступи обвинителем, потом — судьей и только под конец — ходатаем. Иногда стоит самому себе быть обидчиком!» Сенека. Нравственные письма к Луцилию. (перевод С.А. Ошерова).

Трудно менять свои привычки, особенно если вы даже не понимаете, почему сегодня весь день сидели в фейсбуке, а не начали делать проект, о котором давно мечтали. Но попробуйте осознать вещи, которые постоянно присутствуют в вашем мышлении и мешают вам вкладывать, создавать, жить здесь и сейчас, а не в мечтах. Почему я делаю именно так? Проанализируйте это. Расследуйте. Если вы чувствуете сопротивление, попробуйте оттолкнуться от него — и пойти вперед. Научиться мыслить таким образом — это и есть главное испытание.

В общем, речь тут не о таланте или каком-то бессознательном рефлексе. Практика осознанности — размышлений о том, как вы мыслите, — это и есть тот мускул, который управляет тем, как вы чувствуете, думаете и как себя ведет. Чем больше вы ей пользуетесь, тем сильнее она становится.

💭 Задумайтесь над тем, как вы проводите большую часть своего времени

«Не переводи остаток жизни за представлениями о других, когда не соотносишь это с чем-либо общеполезным. Ведь от другого-то дела откажешься, воображая, значит, что делает такой-то и зачем бы, и что говорит, и что думает, и что такое замышляет и еще много всякого, отчего сбивается внимание к собственному ведущему». Марк Аврелий. Наедине с собой. Размышления. (перевод А.В. Добровольского).

Кто-то троллит в комментах? Наверное, лучше не отвечать вообще. Корпоративная рассылка, дурацкая фотография, на которой вас отметили, ненужный разговор на работе у кофе-машины — из моих собственных наблюдений, профессионалами становятся только те, кто могут верно расставлять приоритеты. Они уважают каждый час своего времени.

На днях я был искренне потрясен тем, сколько времени я провел в инстраграме, наблюдая за тем, как чужие люди проживают свои жизни, поедая тонны суши. Хотя небольшие перерывы во время рабочего дня не грозят ничем страшным, мы должны помнить о том, как мы справляемся с различными отвлекающими факторами (а вдруг они вызывают привыкание?).

💭 Напомните себе: прокрастинации в природе не существует

«Поутру, когда медлишь вставать, пусть под рукой будет, что просыпаюсь на человеческое дело. И еще я ворчу, когда иду делать то, ради чего рожден и зачем приведен на свет? Или таково мое устроение, чтобы я под одеялом грелся?

— Так ведь сладко это.

— А ты значит родился для того, чтобы сладко было? И ничуть не для того, чтобы трудиться и действовать? Не видишь ты разве травку, воробышков, муравьев, пауков, пчел, как они делают свое дело, соустрояют, насколько в их силах, мировой строй? И ты после этого не хочешь делать дело человека, не бежишь навстречу тому, что согласно с твоей природой?

— Отдыхать тоже нужно.

— Верно. Так ведь природа дала меру этому, как дала меру еде и питью. И все-таки ты берешь сверх меры, сверх того, что достаточно; а в деле — нет, все «в пределах возможного». Не любишь ты себя, иначе любил бы и свою природу, и волю ее. Вот ведь кто любит свое ремесло — сохнут за своим делом, неумытые, непоевшие. Ты, значит, меньше почитаешь собственную свою природу, чем чеканщик свою чеканку, плясун — пляску, серебро — сребролюбец, тщеславие — честолюбец? Ведь эти, когда их захватит страсть, ни еду не предпочтут, ни сон — только б им умножать то, к чему они устремлены». Марк Аврелий. Наедине с собой. Размышления. (перевод А.В. Добровольского).

💭 Отложите телефон и живите текущим моментом

«Ничто не является лучшей проверкой мышления, чем человеческая способность остановиться на том, к чему он пришел и поразмышлять об этом наедине с самим собой». Сенека. Нравственные письма к Луцилию.

Дело не в том, что мы живем во времена, когда все вокруг отвлекает — дело в том, что мы живем в эпоху, когда потеряли способность учиться. Ребенок, играющий на планшете в ресторане — то же самое, что взрослый, сидящий в инстаграме, когда его друзья рядом. Жить текущим моментом и быть наедине с самим собой — привычки, которые нужно выработать. Люди, у которых хорошо получается слушать других людей, просто затратили какое-то время на то, чтобы этому научиться.

Попробуйте в течение дня поймать момент, хотя бы недолгий, и просто тихо посидеть. Не важно, где это будет. Сделайте пару глубоких вдохов, переключите телефон на вибрацию и задумайтесь о том, что происходило сегодня.

Во время работы заставьте себя присутствовать в текущем моменте. Сфокусируйте свое внимание на текущей задаче, выполняйте ее внимательно, терпеливо и усердно. Рано или поздно, вы поймете, как сильно такой подход влияет на вашу креативность, да и в целом на качество жизни.

💭 Помните, что время — самый драгоценный ресурс

«Не живи, будто впереди бесконечные годы. Смерть все равно победит. Потому пока ты жив и пока можешь — будь достойным». Марк Аврелий. Наедине с собой. Размышления.

Что мне больше всего нравится в стоицизме, так это мысль о том, что нужно всегда помнить о смерти. Стоики осознавали эфемерность человеческого бытия и то, как она повторяется во многих сферах жизни. Понимание того, что вы прожили определенное количество часов (и не факт, что проживете еще столько же), дает бесценное ощущение быстротечности. Когда я думаю об этом, я понимаю, что каждый день — это шанс сделать себя лучше, научиться чему-то. И это не клише, это реальная возможность научиться честно оценить то, на что мы способны, и как мы ответственны за качество нашей жизни.

В таком ракурсе чувство самоуважения, великодушие, трудовая этика, осознанность и внимание становятся еще более важными. Последнее, чего бы кто-либо из нас хотел, — это умереть с сожалением о прожитом. Меньше сравнений, меньше критики, меньше потребления; больше творчества, обучения и действий.



40 цитат Ремарка о самых прекрасных чувствах на свете

40 цитат Ремарка о самых прекрасных чувствах на свете

Он писал о потерянном поколении, которому нет места среди людей, не переживших ужасы войны. Война в его романах страшная, ломающая волю, веру и судьбу человека. А любовь — страстная, всепоглощающая и пронизывающая всю жизнь целиком. Такая любовь способна излечить самые жестокие раны, нанесенные человеком человеку.

Перед вами лучшие цитаты из книг Ремарка «Три товарища», «Триумфальная арка», «На Западном фронте без перемен» и «Жизнь взаймы». В каждом из этих романов заложены весь жизненный опыт и сердце известного немецкого писателя.

«Нет, — быстро сказал он. — Только не это. Остаться друзьями? Развести маленький огородик на остывшей лаве угасших чувств? Нет, это не для нас с тобой. Так бывает только после маленьких интрижек, да и то получается довольно фальшиво. Любовь не пятнают дружбой
. Конец есть конец».

Ни один человек не может стать более чужим, чем тот, кого ты в прошлом любил.

Что может дать один человек другому, кроме капли тепла? И что может быть больше этого? Ты только никого не подпускай к себе близко. А подпустишь — захочешь удержать. А удержать ничего нельзя…

До чего же теперешние молодые люди все странные. Прошлое вы ненавидите, настоящее презираете, а будущее вам безразлично. Вряд ли это приведет к хорошему концу.

Человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви. Просто слишком долго. Любовь чудесна. Но кому-то из двух всегда становится скучно. А другой остается ни с чем. Застынет и чего-то ждет… Ждет, как безумный…

Только тот, кто не раз оставался один, знает счастье встреч с любимой.

Любовь не терпит объяснений
. Ей нужны поступки.

Всякая любовь хочет быть вечной. В этом и состоит ее вечная мука.

Женщина от любви умнеет, а мужчина теряет голову.

Только если окончательно расстанешься с человеком, начинаешь по-настоящему интересоваться всем, что его касается. Таков один из парадоксов любви.

Только несчастный знает, что такое счастье.
Счастливец ощущает радость жизни не более, чем манекен: он только демонстрирует эту радость, но она ему не дана. Свет не светит, когда светло. Он светит во тьме.

Просто счастливы нынче только коровы.

О счастье можно говорить минут пять, не больше. Тут ничего не скажешь, кроме того, что ты счастлив. А о несчастье люди рассказывают ночи напролет.

На самом деле человек по-настоящему счастлив только тогда, когда он меньше всего обращает внимание на время и когда его не подгоняет страх. И все-таки, даже если тебя подгоняет страх, можно смеяться. А что же еще остается делать?

Одиночество легче, когда не любишь.

Самый чудесный город — это тот
, где человек счастлив.

Родиться дураком не позор. А вот умереть дураком стыдно.

Чем примитивнее человек, тем более высокого он о себе мнения.

Нет ничего утомительнее, чем присутствовать при том, как человек демонстрирует свой ум. В особенности если ума нет.

«Еще ничего не потеряно, — повторил я. — Человека теряешь, только когда он умирает».

Разум дан человеку, чтобы он понял: жить одним разумом нельзя.

Кто хочет удержать — тот теряет. Кто готов с улыбкой
отпустить — того стараются удержать.

Чем меньше у человека самолюбия, тем большего он стоит.

Ошибочно предполагать, будто все люди обладают одинаковой способностью чувствовать.

Если хочешь, чтобы люди ничего не заметили, не надо осторожничать.

Запомни одну вещь, мальчик: никогда, никогда и еще раз никогда ты не окажешься смешным в глазах женщины, если сделаешь что-то ради нее.

Мне казалось, что женщина не должна говорить мужчине, что любит его. Об этом пусть говорят ее сияющие, счастливые глаза. Они красноречивее всяких слов.

Женщин следует либо боготворить, либо оставлять. Все прочее — ложь.

Если женщина принадлежит другому
, она в пять раз желаннее, чем та, которую можно заполучить, — старинное правило.

Женщинам ничего не нужно объяснять, с ними всегда надо действовать.

Женщина — это вам не металлическая мебель; она — цветок. Она не хочет деловитости. Ей нужны солнечные, милые слова. Лучше говорить ей каждый день что-нибудь приятное, чем всю жизнь с угрюмым остервенением работать на нее.

Я стоял рядом с ней, слушал ее, смеялся и думал, до чего же страшно любить женщину и быть бедным.

То, чего не можешь заполучить, всегда кажется лучше того, что имеешь. В этом состоит романтика и идиотизм человеческой жизни.

Говорят, труднее всего прожить первые семьдесят лет. А дальше дело пойдет на лад.

Жизнь — это парусная лодка, на которой слишком много парусов, так что в любой момент она может перевернуться.

Раскаяние — самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего
нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее.

Принципы нужно иногда нарушать, иначе от них никакой радости.

— Хотите яблоко? Яблоки продлевают жизнь!
— Нет, спасибо.
— А сигару?
— Они тоже продлевают жизнь?
— Нет, они укорачивают ее. Потом это уравновешивается яблоками.

Лучше умереть, когда хочется жить
, чем дожить до того, что захочется умереть.

И, что бы с вами ни случилось, ничего не принимайте близко к сердцу. Немногое на свете долго бывает важным.







С любимыми не расставайтесь!

Оригинал взят у sadalskij в С любимыми не расставайтесь!
Александр Кочетков
"Балладу о прокуренном вагоне" знают все, автора – единицы.
А между тем, это удивительный поэт, с потрясающей любовной лирикой, сильной, мучительной. Стихи его чаще короткие, очень образные, как японская поэзия.

Collapse )


Умер Габриэль Гарсиа Маркес....((( Автор "Сто лет одиночества".... и не только

Умер писатель Габриэль Гарсиа Маркес.

Лауреат Нобелевской премии по литературе, умер 17 апреля 2014 года в возрасте 87 лет в Мехико

Я всегда хотел сочинять мыльные оперы. Для людей вроде меня, желающих единственно, чтобы их любили за то, что они делают, мыльная опера гораздо эффективнее романа.

Нам приходится бороться с окаменением языка. Такие слова, как «народ», «демократия» потеряли свое значение. Всякий, кто может организовать выборы, считает себя демократом.

Я пытался писать сказки, но ничего не вышло. Я показал одну из них моим сыновьям, тогда еще маленьким. Они вернули ее со словами: «Папа, ты думаешь, дети совсем тупые?»

Я стараюсь предотвратить неприятные сюрпризы. Предпочитаю лестницы эскалаторам. Все что угодно — самолетам.

США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали без единого цента. Мы меняем их язык, их музыку, их еду, их любовь, их образ мыслей. Мы влияем на Соединенные Штаты так, как они хотели бы влиять на нас.

СПИД лишь добавляет любви риска. Любовь всегда была очень опасна. Она сама по себе — смертельная болезнь.

Проститутки были моими друзьями, когда я был молод. Я ходил к ним не столько заниматься любовью, сколько избавиться от одиночества. Я всегда говорил, что женился, чтобы не завтракать в одиночестве. Конечно, Мерседес (жена. — Esquire) говорит, что я сукин сын.

У меня была жена и двое маленьких сыновей. Я работал пиар-менеджером и редактировал киносценарии. Но чтобы написать книгу, нужно было отказаться от работы. Я заложил машину и отдал деньги Мерседес. Каждый день она так или иначе добывала мне бумагу, сигареты, все, что необходимо за работой. Когда книга была кончена, оказалось, что мы должны мяснику 5000 песо — огромные деньги. По округе пошел слух, что я пишу очень важную книгу, и все лавочники хотели принять участие. Чтобы послать текст издателю, необходимо было 160 песо, а оставалось только 80. Тогда я заложил миксер и фен Мерседес. Узнав об этом, она сказала: «Не хватало только, чтобы роман оказался плохим».

Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что все будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины правят миром.

Единственное, чего женщины не прощают, это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными.

У меня был спор с профессорами литературы на Кубе. Они говорили: «Сто лет одиночества» — необычайная книга, но она не предлагает решения». Для меня это догма. Мои книги описывают ситуации, они не должны предлагать решений.

Я мелкобуржуазный писатель, и моя точка зрения всегда была мелкобуржуазной. Это мой уровень, мой ракурс.

Если бы я не стал писателем, я хотел бы быть тапером в баре. Так я помогал бы влюбленным еще сильней любить друг друга.

Моя задача — чтобы меня любили, поэтому я и пишу. Я очень боюсь, что существует кто-то, кто меня не любит, и я хочу, чтобы он полюбил меня из-за этого интервью.

Великие бедствия всегда порождали великое изобилие. Они заставляют людей хотеть жить.


Виктор Шендерович:

"Пройдет много лет, и, стоя у стены в ожидании расстрела, полковник Аурелиано Буэндия вспомнит тот далекий день, когда отец взял его с собою посмотреть на лёд...
Не ставлю кавычек, потому что цитировал, разумеется, по памяти.
Габриель Гарсия Маркес создал мир, без которого уже невозможно представить себе человечество. Он завораживал нас и втягивал в этот мир.
Мы знаем Макондо лучше родных пейзажей - его муссонные дожди и сиесты, его алькальдов, врачей и адвокатов... Как он писал про любовь - это не дается никакой писательской техникой: настоящая магия. Но и авторитарный распад ("Осень патриарха", "Скверное время") он описал так, что нам сегодня впору перейти на цитаты... В его прозе не было трюков - только чистая правда о волшебном мире, жестоком и единственном, прекрасном.
Есть хорошие писатели, есть писатели очень хорошие, но иногда в мир приходят демиурги... Сегодня из мира ушел демиург.
А мир остался.
Семнадцати лет от роду я составил генеалогическое древо рода Буэндиа, чтобы яснее представлять себе мир, в который я попал. Как я завидую тем, кто завтра откроет книги Маркеса впервые!
Какое счастье, что он был.
"

Gabriel García Márquez…

Габриэль Хосе де ла Конкордиа «Габо» Гарсиа Маркес (исп. Gabriel José de la Concordia «Gabo» García Márquez [ɡaˈβɾjel ɡarˈsia ˈmarkes]; 6 марта 1927, Аракатака, Колумбия) — колумбийский писатель-прозаик, журналист, издатель и политический деятель. Лауреат Нейштадтской литературной премии (1972) и Нобелевской премии по литературе (1982). Представитель литературного направления «магический реализм».

Родился в колумбийском городке Аракатака (департамент Магдалена) в семье Элихио Гарсия и Луизы Сантьяго Маркес. Вскоре после рождения Габриэля его отец стал фармацевтом. В январе 1929 года его родители переехали в город Сукре. Маркес остался в Аракатаке, где его воспитывали бабушка и дед по материнской линии[2][5]. Именно эти родственники познакомили будущего писателя с народными преданиями и языковыми особенностями, ставшими впоследствии важным элементом его творчества. Когда Маркесу было девять лет, его дед умер, и Габриэль переехал к родителям в Сукре, где его отец владел аптекой.


В 1940 году, в возрасте 12 лет, Габриэль получил стипендию и начал учёбу в иезуитском колледже городка Сипакира, в 30 км к северу от Боготы. В 1946 году по настоянию родителей поступил в Национальный университет Боготы на юридический факультет. Тогда же он познакомился со своей будущей женой, Мерседес Барча Пардо.

Прервав учёбу раньше срока в 1950 году, решил посвятить себя журналистике и литературе. Наибольшее влияние на него оказали такие писатели, как Эрнест Хемингуэй, Уильям Фолкнер, Джеймс Джойс и Вирджиния Вулф, Франц Кафка.

C 1950 по 1952 год он вёл колонку в местной газете «El Heraldo» в Барранкилье. За это время он стал активным членом неформальной группы писателей и журналистов, известных как Группа Барранкилья, которые вдохновили его начать литературную карьеру. С 1954 по 1955 год Маркес работает в Боготе в газете «Эль Эспектадор», публикуя небольшие статьи и рецензии на фильмы. В качестве корреспондента его посылают в Италию, Польшу, Францию, Венесуэлу и США. В 1957 году 30-летний Гарсиа Маркес был корреспондентом на московском фестивале молодёжи и студентов. Воспоминания об этом событии запечатлены в эссе «СССР: 22 400 000 квадратных километров без единой рекламы кока-колы!». В 1959 году в Боготе у него рождается сын, в будущем кинорежиссёр и сценарист Родриго Гарсиа, призёр Каннского кинофестиваля.

Параллельно Маркес занимается писательством, сочиняя рассказы и киносценарии. В 1961 году у него выходит повесть «Полковнику никто не пишет» (El coronel no tiene quien le escriba), в 1966 году — роман «Недобрый час» (La mala hora, 1966). Мировую известность ему принёс роман «Сто лет одиночества» (Cien años de soledad, 1967). В 1972 году за этот роман он был удостоен Премии Ромуло Гальегоса.

В 1982 году Габриель Гарсиа Маркес получил Нобелевскую премию по литературе «За романы и рассказы, в которых фантазия и реальность, совмещаясь, отражают жизнь и конфликты целого континента». На вручении премии он произнёс речь «Одиночество Латинской Америки».

Маркес стал первым колумбийцем, получившим эту премию.

В 1989 году врачи обнаружили у писателя раковую опухоль в легких, которая, вероятно, была следствием его пристрастия к курению — за работой он выкуривал по три пачки сигарет в день. После операции в 1992 году болезнь приостановилась. Но писатель продолжал испытывать проблемы со здоровьем. Медицинское обследование в 1999 году выявило у него другое онкологическое заболевание — лимфому. После ему пришлось перенести две сложнейшие операции в США и Мексике и долгий курс лечения. 7 июля 2012 года BBC News со ссылкой на брата писателя Хаима Гарсиа Маркеса распространило новость о том, что Габриэль Гарсиа Маркес тяжело болен и страдает старческим слабоумием: «У него проблемы с памятью. Иногда я плачу, понимая, что теряю его», — сказал брат писателя, добавив, что из-за проблем со здоровьем Габриэль Гарсиа Маркес больше не может писать. Брат писателя также сообщил, что Маркес находится в удовлетворительной физической форме и «сохраняет присущее ему чувство юмора и энтузиазм».

В 2002 году была издана первая книга из запланированной автором биографической трилогии — «Жить, чтобы рассказать о жизни», которая в испаноязычном мире стала бестселлером. Книга написана в жанре «магического реализма».

В августе 2004 году Маркес продал права на экранизацию своего романа «Любовь во времена холеры» голливудской кинокомпании «Stone Village Pictures». Бюджет киноленты составил 40 млн долл. Съёмки проходили в 2006 году в Картахене, на карибском побережье Колумбии.

26 января 2006 г. вместе с Фрейем Бетто, Эдуардо Галеано, Пабло Миланесом, Эрнесто Сабато и другими известными деятелями культуры Маркес выступил с требованием о предоставлении независимости Пуэрто-Рико.

Осенью 2010 года выходит сборник ранее не публиковавшихся выступлений Маркеса за период 1944—2007 гг. «Я здесь не для того, чтобы говорить речи» (Yo no vengo a decir un discurso)
Габриэль Гарсиа Маркес скончался 17 апреля 2014 года в Мексике.

Притча про строителя-прораба

Жил-был прораб. Всю жизнь он строил дома, но стал стар и решил уйти на пенсию.
- Я увольняюсь, – сказал он работодателю. – Ухожу на пенсию. Буду со старушкой внуков нянчить.

Хозяину было жалко расставаться с этим человеком, и он попросил его:
- Слушай, а давай так – построй последний дом и проводим тебя на пенсию. С хорошей премией!

Прораб согласился. Согласно новому проекту ему надо было построить дом для маленькой семьи, и началось: согласования, поиски материалов, проверки…

Прораб торопился, потому что уже видел себя на пенсии. Чего-то не доделывал, что-то упрощал, покупал дешевые материалы, так как их можно было быстрее доставить… Он чувствовал, что делает не лучшую свою работу, но оправдывал себя тем, что это конец его карьеры. По завершении стройки, он вызвал хозяина.

Тот осмотрел дом и сказал: – Знаешь, а ведь это твой дом! Вот возьми ключи и вселяйся. Все документы уже оформлены. Это тебе подарок от фирмы за долголетнюю работу.

Что испытал прораб, было известно только ему одному! Он стоял красный от стыда, а все вокруг хлопали в ладоши, поздравляли его с новосельем и думали, что он краснеет от застенчивости, а он краснел от стыда за собственную небрежность.

Он сознавал, что все ошибки и недочёты стали теперь его проблемами, а все вокруг думали, что он смущен дорогим подарком. И теперь он должен был жить в том единственном доме, который построил плохо…

Мораль: Мы все – прорабы. Мы строим наши жизни так же, как прораб перед уходом на пенсию. Мы не прилагаем особых усилий, считая, что результаты этой конкретной стройки не так уж важны. К чему излишние усилия? Но затем мы осознаем, что живём в доме, который сами построили. Ведь все, что мы делаем сегодня, имеет значение. Уже сегодня мы строим дом, в который вселимся завтра…

Мудрые мысли.

Оригинал взят у terrao в Мудрые мысли.

Будущее принадлежит только тем людям, которые достаточно порядочны, чтобы раскаиваться, и тем людям, у которых хватает сил, чтобы исправить свою ошибку.Литтон Байрон

Людям стоило бы удивляться лишь их способности чему-либо удивляться. / Франсуа де Ларошфуко

Я часто пугаюсь, когда вижу свою человеческую ограниченность, препятствующую мне осознавать все стороны проблемы, и особенно тогда - когда речь идет о самых важных, насущных проблемах моей жизни. / Джек Лондон

0_17752_789cb01c_XL (700x466, 80Kb)
.
Collapse )

Свеча горела...

Звонок раздался, когда Андрей Петрович потерял уже всякую надежду.
— Здравствуйте, я по объявлению. Вы даёте уроки литературы?
Андрей Петрович вгляделся в экран видеофона. Мужчина под тридцать. Строго одет — костюм, галстук. Улыбается, но глаза серьёзные. У Андрея Петровича ёкнуло под сердцем, объявление он вывешивал в сеть лишь по привычке. За десять лет было шесть звонков. Трое ошиблись номером, ещё двое оказались работающими по старинке страховыми агентами, а один попутал литературу с лигатурой.

— Д-даю уроки, — запинаясь от волнения, сказал Андрей Петрович. — Н-на дому. Вас интересует литература?
— Интересует, — кивнул собеседник. — Меня зовут Максим. Позвольте узнать, каковы условия.
«Задаром!» — едва не вырвалось у Андрея Петровича.
— Оплата почасовая, — заставил себя выговорить он. — По договорённости. Когда бы вы хотели начать?
— Я, собственно… — собеседник замялся.
— Первое занятие бесплатно, — поспешно добавил Андрей Петрович. — Если вам не понравится, то…
— Давайте завтра, — решительно сказал Максим. — В десять утра вас устроит? К девяти я отвожу детей в школу, а потом свободен до двух.
— Устроит, — обрадовался Андрей Петрович. — Записывайте адрес.
— Говорите, я запомню.

В эту ночь Андрей Петрович не спал, ходил по крошечной комнате, почти келье, не зная, куда девать трясущиеся от переживаний руки. Вот уже двенадцать лет он жил на нищенское пособие. С того самого дня, как его уволили.
— Вы слишком узкий специалист, — сказал тогда, пряча глаза, директор лицея для детей с гуманитарными наклонностями. — Мы ценим вас как опытного преподавателя, но вот ваш предмет, увы. Скажите, вы не хотите переучиться? Стоимость обучения лицей мог бы частично оплатить. Виртуальная этика, основы виртуального права, история робототехники — вы вполне бы могли преподавать это. Даже кинематограф всё ещё достаточно популярен. Ему, конечно, недолго осталось, но на ваш век… Как вы полагаете?

Андрей Петрович отказался, о чём немало потом сожалел. Новую работу найти не удалось, литература осталась в считанных учебных заведениях, последние библиотеки закрывались, филологи один за другим переквалифицировались кто во что горазд. Пару лет он обивал пороги гимназий, лицеев и спецшкол. Потом прекратил. Промаялся полгода на курсах переквалификации. Когда ушла жена, бросил и их.

Сбережения быстро закончились, и Андрею Петровичу пришлось затянуть ремень. Потом продать аэромобиль, старый, но надёжный. Антикварный сервиз, оставшийся от мамы, за ним вещи. А затем… Андрея Петровича мутило каждый раз, когда он вспоминал об этом — затем настала очередь книг. Древних, толстых, бумажных, тоже от мамы. За раритеты коллекционеры давали хорошие деньги, так что граф Толстой кормил целый месяц. Достоевский — две недели. Бунин — полторы.

В результате у Андрея Петровича осталось полсотни книг — самых любимых, перечитанных по десятку раз, тех, с которыми расстаться не мог. Ремарк, Хемингуэй, Маркес, Булгаков, Бродский, Пастернак… Книги стояли на этажерке, занимая четыре полки, Андрей Петрович ежедневно стирал с корешков пыль.

«Если этот парень, Максим, — беспорядочно думал Андрей Петрович, нервно расхаживая от стены к стене, — если он… Тогда, возможно, удастся откупить назад Бальмонта. Или Мураками. Или Амаду».
Пустяки, понял Андрей Петрович внезапно. Неважно, удастся ли откупить. Он может передать, вот оно, вот что единственно важное. Передать! Передать другим то, что знает, то, что у него есть.

Максим позвонил в дверь ровно в десять, минута в минуту.
— Проходите, — засуетился Андрей Петрович. — Присаживайтесь. Вот, собственно… С чего бы вы хотели начать?
Максим помялся, осторожно уселся на край стула.
— С чего вы посчитаете нужным. Понимаете, я профан. Полный. Меня ничему не учили.
— Да-да, естественно, — закивал Андрей Петрович. — Как и всех прочих. В общеобразовательных школах литературу не преподают почти сотню лет. А сейчас уже не преподают и в специальных.
— Нигде? — спросил Максим тихо.

— Боюсь, что уже нигде. Понимаете, в конце двадцатого века начался кризис. Читать стало некогда. Сначала детям, затем дети повзрослели, и читать стало некогда их детям. Ещё более некогда, чем родителям. Появились другие удовольствия — в основном, виртуальные. Игры. Всякие тесты, квесты… — Андрей Петрович махнул рукой. — Ну, и конечно, техника. Технические дисциплины стали вытеснять гуманитарные. Кибернетика, квантовые механика и электродинамика, физика высоких энергий. А литература, история, география отошли на задний план. Особенно литература. Вы следите, Максим?
— Да, продолжайте, пожалуйста.

— В двадцать первом веке перестали печатать книги, бумагу сменила электроника. Но и в электронном варианте спрос на литературу падал — стремительно, в несколько раз в каждом новом поколении по сравнению с предыдущим. Как следствие, уменьшилось количество литераторов, потом их не стало совсем — люди перестали писать. Филологи продержались на сотню лет дольше — за счёт написанного за двадцать предыдущих веков.
Андрей Петрович замолчал, утёр рукой вспотевший вдруг лоб.

— Мне нелегко об этом говорить, — сказал он наконец. — Я осознаю, что процесс закономерный. Литература умерла потому, что не ужилась с прогрессом. Но вот дети, вы понимаете… Дети! Литература была тем, что формировало умы. Особенно поэзия. Тем, что определяло внутренний мир человека, его духовность. Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим!
— Я сам пришёл к такому выводу, Андрей Петрович. И именно поэтому обратился к вам.
— У вас есть дети?
— Да, — Максим замялся. — Двое. Павлик и Анечка, погодки. Андрей Петрович, мне нужны лишь азы. Я найду литературу в сети, буду читать. Мне лишь надо знать что. И на что делать упор. Вы научите меня?
— Да, — сказал Андрей Петрович твёрдо. — Научу.
Он поднялся, скрестил на груди руки, сосредоточился.
— Пастернак, — сказал он торжественно. — Мело, мело по всей земле, во все пределы. Свеча горела на столе, свеча горела…


— Вы придёте завтра, Максим? — стараясь унять дрожь в голосе, спросил Андрей Петрович.
— Непременно. Только вот… Знаете, я работаю управляющим у состоятельной семейной пары. Веду хозяйство, дела, подбиваю счета. У меня невысокая зарплата. Но я, — Максим обвёл глазами помещение, — могу приносить продукты. Кое-какие вещи, возможно, бытовую технику. В счёт оплаты. Вас устроит?
Андрей Петрович невольно покраснел. Его бы устроило и задаром.
— Конечно, Максим, — сказал он. — Спасибо. Жду вас завтра.
— Литература – это не только о чём написано, — говорил Андрей Петрович, расхаживая по комнате. — Это ещё и как написано. Язык, Максим, тот самый инструмент, которым пользовались великие писатели и поэты. Вот послушайте.

Максим сосредоточенно слушал. Казалось, он старается запомнить, заучить речь преподавателя наизусть.
— Пушкин, — говорил Андрей Петрович и начинал декламировать.
«Таврида», «Анчар», «Евгений Онегин».
Лермонтов «Мцыри».
Баратынский, Есенин, Маяковский, Блок, Бальмонт, Ахматова, Гумилёв, Мандельштам, Высоцкий…
Максим слушал.
— Не устали? — спрашивал Андрей Петрович.
— Нет-нет, что вы. Продолжайте, пожалуйста.

День сменялся новым. Андрей Петрович воспрянул, пробудился к жизни, в которой неожиданно появился смысл. Поэзию сменила проза, на неё времени уходило гораздо больше, но Максим оказался благодарным учеником. Схватывал он на лету. Андрей Петрович не переставал удивляться, как Максим, поначалу глухой к слову, не воспринимающий, не чувствующий вложенную в язык гармонию, с каждым днём постигал её и познавал лучше, глубже, чем в предыдущий.
Бальзак, Гюго, Мопассан, Достоевский, Тургенев, Бунин, Куприн.
Булгаков, Хемингуэй, Бабель, Ремарк, Маркес, Набоков.
Восемнадцатый век, девятнадцатый, двадцатый.
Классика, беллетристика, фантастика, детектив.
Стивенсон, Твен, Конан Дойль, Шекли, Стругацкие, Вайнеры, Жапризо.

Однажды, в среду, Максим не пришёл. Андрей Петрович всё утро промаялся в ожидании, уговаривая себя, что тот мог заболеть. Не мог, шептал внутренний голос, настырный и вздорный. Скрупулёзный педантичный Максим не мог. Он ни разу за полтора года ни на минуту не опоздал. А тут даже не позвонил. К вечеру Андрей Петрович уже не находил себе места, а ночью так и не сомкнул глаз. К десяти утра он окончательно извёлся, и когда стало ясно, что Максим не придёт опять, побрёл к видеофону.
— Номер отключён от обслуживания, — поведал механический голос.

Следующие несколько дней прошли как один скверный сон. Даже любимые книги не спасали от острой тоски и вновь появившегося чувства собственной никчемности, о котором Андрей Петрович полтора года не вспоминал. Обзвонить больницы, морги, навязчиво гудело в виске. И что спросить? Или о ком? Не поступал ли некий Максим, лет под тридцать, извините, фамилию не знаю?

Андрей Петрович выбрался из дома наружу, когда находиться в четырёх стенах стало больше невмоготу.
— А, Петрович! — приветствовал старик Нефёдов, сосед снизу. — Давно не виделись. А чего не выходишь, стыдишься, что ли? Так ты же вроде ни при чём.
— В каком смысле стыжусь? — оторопел Андрей Петрович.
— Ну, что этого, твоего, — Нефёдов провёл ребром ладони по горлу. — Который к тебе ходил. Я всё думал, чего Петрович на старости лет с этой публикой связался.
— Вы о чём? — у Андрея Петровича похолодело внутри. — С какой публикой?
— Известно с какой. Я этих голубчиков сразу вижу. Тридцать лет, считай, с ними отработал.
— С кем с ними-то? — взмолился Андрей Петрович. — О чём вы вообще говорите?
— Ты что ж, в самом деле не знаешь? — всполошился Нефёдов. — Новости посмотри, об этом повсюду трубят.

Андрей Петрович не помнил, как добрался до лифта. Поднялся на четырнадцатый, трясущимися руками нашарил в кармане ключ. С пятой попытки отворил, просеменил к компьютеру, подключился к сети, пролистал ленту новостей. Сердце внезапно зашлось от боли. С фотографии смотрел Максим, строчки курсива под снимком расплывались перед глазами.

«Уличён хозяевами, — с трудом сфокусировав зрение, считывал с экрана Андрей Петрович, — в хищении продуктов питания, предметов одежды и бытовой техники. Домашний робот-гувернёр, серия ДРГ-439К. Дефект управляющей программы. Заявил, что самостоятельно пришёл к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться. Самовольно обучал детей предметам вне школьной программы. От хозяев свою деятельность скрывал. Изъят из обращения… По факту утилизирован…. Общественность обеспокоена проявлением… Выпускающая фирма готова понести… Специально созданный комитет постановил…».

Андрей Петрович поднялся. На негнущихся ногах прошагал на кухню. Открыл буфет, на нижней полке стояла принесённая Максимом в счёт оплаты за обучение початая бутылка коньяка. Андрей Петрович сорвал пробку, заозирался в поисках стакана. Не нашёл и рванул из горла. Закашлялся, выронив бутылку, отшатнулся к стене. Колени подломились, Андрей Петрович тяжело опустился на пол.

Коту под хвост, пришла итоговая мысль. Всё коту под хвост. Всё это время он обучал робота.

Бездушную, дефективную железяку. Вложил в неё всё, что есть. Всё, ради чего только стоит жить. Всё, ради чего он жил.

Андрей Петрович, превозмогая ухватившую за сердце боль, поднялся. Протащился к окну, наглухо завернул фрамугу. Теперь газовая плита. Открыть конфорки и полчаса подождать. И всё.

Звонок в дверь застал его на полпути к плите. Андрей Петрович, стиснув зубы, двинулся открывать. На пороге стояли двое детей. Мальчик лет десяти. И девочка на год-другой младше.
— Вы даёте уроки литературы? — глядя из-под падающей на глаза чёлки, спросила девочка.
— Что? — Андрей Петрович опешил. — Вы кто?
— Я Павлик, — сделал шаг вперёд мальчик. — Это Анечка, моя сестра. Мы от Макса.
— От… От кого?!
— От Макса, — упрямо повторил мальчик. — Он велел передать. Перед тем, как он… как его…
— Мело, мело по всей земле во все пределы! — звонко выкрикнула вдруг девочка.

Андрей Петрович схватился за сердце, судорожно глотая, запихал, затолкал его обратно в грудную клетку.
— Ты шутишь? — тихо, едва слышно выговорил он.

— Свеча горела на столе, свеча горела, — твёрдо произнёс мальчик. — Это он велел передать, Макс. Вы будете нас учить?
Андрей Петрович, цепляясь за дверной косяк, шагнул назад.
— Боже мой, — сказал он. — Входите. Входите, дети.

Майк Гелприн, Нью-Йорк (Seagull Magazine от 16/09/2011)

Хороший сайт для выживальщиков

Оригинал взят у yuliyaraduga в Хороший сайт для выживальщиков
Оригинал взят у stormex777 в Хороший сайт для выживальщиков

Активнее делимся ресурсами. Инет будет скоро отпадать , постепенно, но неотвратимо.
Еще вот что хотел добавить, компы будут работать порядка 6-и лет, потом будет по-другому все...
Переживем БП, никуда не денемся! Не держитесь вы за эти "квартиры"-города, из всего просмотренного, НИГДЕ у нас (кроме Омска вроде, да и тот пытался жить по-страому, и смыло его вконце концов, портил всю округу) в городах жить не будут.
Находить будут места Силы и строить поселения, будут ремесла, своеобразные "клубы по интересам"
Кто ищет борьбы - ее найдет. Кто ищет - счастья и любви - найдет. Каждому свое. Если хотите бункер и выживание на даче в Москве, будет вам выживание, правда, не долгое...
Больше всего понравилось в Самаре, прямо...рай на Земле ))) национальные традиции, красивые люди, светящиеся Светом...сказка, в общем, а то просматривали-просматривали, одни апокалипсисы, а тут нате )))
Люди будут жить в частных деревянных домах, потом в каких то куполообразных постройках, из стекла или чего там...

По ресурсам - не только о выживании надо думать, но и о развитии, энергетике (знаем, что будут ветряки точно), знания для самых маленьких, не надо про это забывать, об интересных сайтах с информацией по всестороннему развитию. В общем все то, где душа находит покой, и это очень важно. Вот что надо сохранять. А не только, как построить землянку.
Ведь не так и много надо на первых парах - палатка, инструменты, семена, первое время будет тяжко, но потом объединяться в группы и строить новую жизнь! 
У нас в блоге очень много светлых и хороших людей! Мы рады, что смогли вытянуть еще добрую сотню и помочь найти себя.
Главный ключ - в вашей душе. Не в книгах, и книжных мудростях, не в Абдрушинах и библиях, а в вас!
Живите по совести, делайте на совесть, любите этот мир во всех его проявлениях, любите Землю-матушку, людей вокруг, и все будет хорошо!

Делюсь. Бесплатно. 


Люди обмениваются идеями, мнениями, опытом выращивания культур и многим другим. Рекомендовал бы его записать в архиве себе на планшет, мало ли )
www.nepropadu.ru

еще я делаю архивы таких сайтов, как:
slavruss.narod.ru
membrana.ru
poselenie.ucoz.ru
cyberenergy.ru
survival2012.narod2.ru
myfhology.info


если есть еще ценная информация, где можно почерпнуть много именно практических рекомендаций, делитесь )))

а вот отсюда

http://book.libertorrent.com/

я накачал 300 тысяч книг, либрусеку, флибусту, технической литературы, школьной программы(да да, кто то должен об этом думать) и даже русских сказок )))

вот еще

http://www.ethnomuseum.ru , http://kak-sdelat-samomu.ru и http://www.hnh.ru/food/store_grain_at_home




"... - Поэты, ходят пятками... по лезвию ножа... и режут в кровь, свои Святые Души..."

Оригинал взят у ajbolit444 в "... - Поэты, ходят пятками... по лезвию ножа... и режут в кровь, свои Святые Души..."



Где то подглядел навеянное C.Есениным:
Если крикнет рать святая: "Кинь ты Русь, живи в раю!",
Я скажу: "Не надо рая!!!, расступись земля Родная, лучше я в тебя "
сыграю"...
                    И сыграю и спою"   





Притча! НИКОГДА НЕ ПРЕДАВАЙТЕ ДРУЗЕЙ...

Оригинал взят у viktorkaushan в Притча! НИКОГДА НЕ ПРЕДАВАЙТЕ ДРУЗЕЙ...
Оригинал взят у nikolino в НИКОГДА НЕ ПРЕДАВАЙТЕ ДРУЗЕЙ...
Оригинал взят у mari_shtuchka в НИКОГДА НЕ ПРЕДАВАЙТЕ ДРУЗЕЙ...
Оригинал взят у makaruchka в НИКОГДА НЕ ПРЕДАВАЙТЕ ДРУЗЕЙ...
ИСТОРИЯ  ПРО  РАЙ  И  АД
Как-то раз шли по дороге человек, конь и собака. Когда походили они мимо огромного дерева, попала в него молния и испепелила всех троих. Однако человек не сразу понял, что уже покинул этот мир, и продолжал путь вместе с конем и собакой - порой покойникам требуется некоторое время, чтобы осознать перемену своей участи.
Путь был долг и шел в гору, солнце пекло нещадно, и все трое измучились от жары и жажды. И вот за поворотом открылся им величественный мраморный портал, а за ним - площадь, вымощенная чистым золотом. Посередине бил фонтан холодной и чистой воды. Путник направился к стражу, охранявшему вход.
- Здравствуй.
- Здравствуй.
- Как называется это прекрасное место?
- Это - рай.
- Как славно, что мы добрались до рая, нам очень хочется пить.
- Можешь войти и пить, сколько захочешь.
- Но мои конь и собака тоже страдают от жажды.
- Очень сожалею, - ответил страж. - Но животным сюда нельзя.
Путник огорчился, потому что жажда мучила его нестерпимо, но в одиночку пить не стал, а поблагодарил стража и пошел дальше. Долго шагали они вверх по склону и совсем выбились из сил, но вот наконец увидели некое поселение, обнесенное покосившейся и ветхой деревянной оградой, а за ней - немощеную дорогу, с обеих сторон обсаженную деревьями. В тени одного из них лежал, прикрыв лицо шляпой, какой-то человек и, по всей видимости, спал.
- Здравствуй, - поздоровался путник.
Тот молча склонил голову в знак приветствия.
- Я, мой конь и моя собака умираем от жажды.
- Вон за теми камнями есть источник. Пейте вволю.
Путник, конь и собака пошли к источнику и утолили жажду.
Потом путник вернулся, чтобы поблагодарить.
- Приходите, всегда будем вам рады, отвечал тот.
- А не скажешь ли, как называется это место?
- Рай.
- Рай? А страж у мраморного портала сказал нам, что рай - там.
- Нет, там не рай. Там - ад.
- Отчего же вы не запретите им называться чужим именем! - растерялся от неожиданности путник. - Эти ложные сведения могут вызвать страшную путаницу!
- Ничуть не бывало; на самом деле они оказывают нам большую услугу. У них оказываются те, кто способен предать своих друзей... 

Предательство в нашей жизни присутствует на каждом шагу. Человеку свойственно быть эгоистичным и в момент, когда сталкиваются его интересы и интересы близкого ему человека, он чаще выберет свою выгоду. 
Важнее, можно ли предательство прощать?
В древности предателей безжалостно казнили, руководствуясь правилом «Предавший один раз, предаст и второй», и эта логика не лишена смысла. 
  Правда времена казней ушли, вместе с царями, которые это правило использовали. В наше время едва ли разумно мстить предателю с помощью физической силы, но вполне в наших силах прекратить общение с этим человеком раз и навсегда. В случае, когда мы все-таки решили простить его, не стоит больше доверять ему столь же слепо.